Творчество пользователей

Никто в безудержности вЕщей Вуаль не скинет с тех вещЕй, Что в суете животрепещут Камнями спущенных пращей. Их тяжесть соплом абсолюта Сожжет и похоть, и поход За счастьем взброшенной минуты В лишенный круга хоровод. Стирая призрачность границы, Стереотипов руша плен, Полночный день полощет лица Искусственных самоизмен, Где, разрываясь зеркалами, Приумножая сочный страх, Мы вьем ажурными стволами Деревья жизни в зыбкий прах.

Мне хочется верить, что ты меня слышишь. Мне хочется верить, что ты меня ждёшь. И смотришь на небо, и смотришь на крыши, И слушаешь ветер, и слушаешь дождь. Когда-нибудь жизнь обернётся сначала – Как книга начнётся с другого листа. Мне хочется верить, что всё неслучайно. Мне хочется верить, что всё неспроста. И все испытанья нам посланы свыше. И как мы пройдём их, так сложится жизнь. Мне хочется верить, что ты меня слышишь. Мне хочется верить. Я верю. Держись.

Между мной и тобой километры дождей, Не написанных слов сотни, тысячи строк, Нестерпимая боль одиноких ночей И манящая даль неизвестных дорог. Между мной и тобой - телефонный звонок, Четверть суток пути и пустынный вокзал, Затаенная грусть - бурной встречи итог И слова о любви - те, что ты не сказал. Между мной и тобой вихрь сомнений пустых, Суета шумных дней, пепел прожитых лет И отложенный шанс - лишь один на двоих - Непроверенный /нами/ лотерейный билет…

Прости меня, малыш, за то, что ты навеки спишь. За то, что белый свет ты не увидишь, За то, что я такая дрянь, за то, что у тебя не будет нянь. Да, знаю, нет прощенья мне, Ты снова снишься мне во сне И в полуночной тишине зовешь меня к себе. Я слышу, как кричишь ты, Мама! И в наказанье смерти мало. Господь, меня ты покарай, Мне нет дороги больше в рай. Прости меня, прошу, прости. Мне этот крест всю жизнь нести...

Идет волны за ней приход, и мысль идет о жизни неземной. И я иду по этой жизни, хочу я встретиться с мечтой. Моя мечта - подняться в небо и обнаружить райский двор, А вместе с ним и Еву тоже. Там нет ни горя, ни печали, Нет холода и зла, там есть любовь, там есть веселье, и я скорей хочу туда. Друг мой, ты знай, что жизнь - свеча горит то ярко, то тускло, И день придет - сгорит дотла, но в этой жизни ты старайся познать искусство бытия.

Когда-нибудь я стану дорога!!! Так дорога, как ты еще не знаешь!!! Ты позвонишь... но будет тишина... Начнешь искать, поверь - не повстречаешь... Когда-нибудь ты станешь дорожить, минутой каждой , проведенною со мною… И не захочешь с этой болью жить, я не вернусь…вновь душу не открою! Ты будешь с ней, мечты свои скрывая. Хранить воспоминания во сне… И в темноте, вновь плечи обнимая, ты будешь думать только обо мне… И ты поймешь, что значит быть у края… У края пропасти... где только пустота… Вновь моим именем другую называя, будешь бояться посмотреть в глаза. Ты вспомнишь каждое прикосновенье рук... Ты будешь ждать, надеяться и верить. Ты будешь чувствовать смятенье, боль разлук… Ты осознаешь истину потери…

В темноте ночной улицы - нет надежды и выхода нет. Лишь вдали,вглубине в недоступности замерцал и погас снова свет . Свет надежды ,любви и желания.Этот самый спасительный свет -Он разрушит оковы реальности ,все несчастье прожитых лет . Ты пройди по брошеной улице через грязь и разруху домов .И прими этот свет очищающий и почувсвуешь ... ... любовь.

Красивая улыбка - интригует, скромная - умиляет, добрая - радует, счастливая - очаровывает, искренняя - вдохновляет. Улыбка никого не оставляет равнодушным. Улыбайтесь!

Знаешь, любимый, я - королева. От королев не уходят налево, От королев ходят только вперед, Или на трон, или,- на эшафот. Знаешь, хороший, я - твоя тайна. Тайну, поверь, не находят случайно. Ты уже думал, что «Всё ,... разгадал!», Нет! Лишь слегка ты завесу поднял. Знаешь, родной мой, я - твоя встреча. За этой встречей - небо и вечность, Следом за ними - море и звёзды, Всё слишком сложно? - Всё очень просто! Всё очень просто и повторимо, Я - твоя нежность, ты - мой любимый, Мы - навсегда, без тревоги и гнева, Ты - мой король, я твоя - королева!

«КУКУШАНС» С рождения до смерти мы Судьбой закрыты- В зеркальном коконе своей мятущейся души… Клянем других за то, что эхом от своих грехов- бываем биты, И забываем, что и мыслью можно согрешить…*** Птица сразу поняла что этот, только что вылупившийся из яйца птенец - не ее ребенок. Но она была очень хорошей мамой, и ее забота о малыше от этого не стала меньше. Птица носила подкидышу даже больше червячков, чем своим собственным детям. Птенец рос, смотря на окружающий его цветной мир своими серыми печальными глазами. Печальными, но очень хитрыми... Птенец неблагодарно клевал приносимых приемной матерью червяков и постоянно думал о чем-то своем. Думал. Думал. Думал… Однажды в пригородный лес приехала на пикник городская братва. Громадные черные джипы, урча мощными моторами и разбрызгивая громадными колесами на придорожные цветы серую грязь, вкатились на тихую и солнечную лесную полянку. Программа отдыха приехавших братков не отличалась разнообразием и постоянно проходила по одному и тому же нехитрому сценарию: «шашлык - машлык», «коньячок - шампусик», «ой, мне - плохо...» Взятые из подопечного агентства на «бесплатный субботник» «девочки» невесело щебетали и изредка угодливо хихикали, а между поглощением «шампусика» и хихиканьем извращенно и весело отдавались братве... Отягощенный «Абсолютом» Бригадир, осоловелыми глазами сканируя помехи «справа», «слева» и по «встречному курсу», продирался сквозь лес в надежде спокойно присесть и сделать в укромном месте «ой мне плохо» так, чтобы потом над ним не смеялась развлекающаяся на поляне компания. Бах! Молодое деревце, соприкоснувшись со ста двадцатью килограммами насыщенного белками и стероидами мяса, уронило в растопыренные человеческие пальцы маленькую и невзрачную птичью тушку. -О, блин! Кукушан!- Бригадир забыл свою первоначальную цель и начал прокладывать обратный путь к полянке, оставляя за собой след из надломленных деревьев и вырванной с корнем травы. Вот так Кукушан попал в мир людей… -Дерьмо ты! Серое дерьмо! Никакого от тебя толку! Вот у Вована - какаду живет! Весь такой разноцветный, как.…Как.…Как телевизор! И разговаривает, «попка - дурак» говорит... А ты... Тупой ты! Кормить тебя - беспонт! Клюешь все, клюешь.…Чтоб тебя разорвало!- Трель мобильника прервала этот, ставший уже ежедневным, монолог... -Да, понял! Понял! Еду, братан!- Бригадир торопливо набросил на плечи кожаный пиджак, достал из-под подушки и спрятал в карман новенькую «ТТ-шку», плюнул в Кукушана и поехал по своим делам... Кукушан клювом счистил с крыла плевок, печально посмотрел вслед уходящему из квартиры человеку и сказал вдруг свое Первое Слово: «Ку!» Пятьсот грамм тринитротолуола, сфокусированные умелой рукой киллера-подрывника в узконаправленный пучок смерти, вскрыли днище тяжелого джипа также легко, как армейский штык-нож вскрывает банку тушенки из сухого пайка…Перевернувшийся вверх шипованными колесами и распустившийся «розочкой» джип долго-долго горел. Горел дымным и чадным пламенем. Почти час несколько пожарных расчетов не могли пропустить к месту происшествия следственную группу, сбивая неугасимое пламя всеми, вплоть до специальной пены, спецсредствами. Следствие пришло к выводу, что киллера наняли представители кавказского ОПС (организованного преступного сообщества). На этом поиски виновных и закончились. Что, впрочем, совсем не удивительно... А изначально оформленную «на подставную тетю Машу» квартиру - братва подарила Барыге. Чтобы тот радовался, богател и рос. Рос «большим и толстым кабанчиком»... Не мелочась, братва подарила Барыге вместе с квартирой и мебель, и аудиовидеотехнику, и Кукушана… *** Барыга тут же нанял бригаду бравых гастарбайтеров и сделал в подаренном жилье полный евроремонт. Поставил одинарную бронированную дверь, двойную «джакузи» и тройные металлопластиковые стеклопакеты... И стал жить-поживать, наличное и безналичное добро наживать… А потом Барыга решил «уйти во Власть». Ведь деньги - это власть, а Власть - это большие деньги. Курирующая Барыгу братва, чем могла, поддержала такое прибыльное и перспективное начинание. Но даже сидя в «высоком» чиновничьем кресле, Барыга в душе так и остался Барыгой… -Ха, денег им подавай! На учебу, на приют, на храм! Да чтоб у вас всех руки поотсыхали, тянете их в мой карман!- Постоянно причитал он. (То, что карман этот не его, а государства, Барыгу совсем не волновало, черпать оттуда бюджетные деньги он предпочитал только для себя, любимого). А живущий у Барыги Кукушан учился Летать… Он кружился в вихревом вальсе под потолком огромного холла, выпущенный в очередной раз из клетки одной из сердобольных домработниц. Холл был с высоченными потолками и псевдоантичной колоннадой, так как благодаря удачной карьере чиновника Барыга к тому времени уже переехал из квартиры в элитный служебный спецособняк. Как-то вечером хозяин дома сидел в роскошном антикварном кресле, вытянув к потрескивающему березовыми искрами камину свои толстые ноги, и утешал свое уставшее от многочисленных просьб корыстолюбие восьмисотдолларовым коллекционным коньяком. Этот ритуал успокоения жадности проводился им после каждого «приемного дня», дня, когда его кабинет одолевали многочисленные просители. И тут, совершенно случайно, блуждающий взгляд Барыги сфокусировался на невзрачной птичьей тушке, сидящей высоко вверху, прямо на новой хрустальной люстре. -Это что еще такое? А? Убрать немедленно! Вдруг оно мне на голову нагадит? Взлетело, понимаешь! Летун…Чтоб у него крылья отсохли!- Барыга неистово затопал ногами, подзывая прислугу. Кукушан сверху вниз печально посмотрел на беснующегося в кресле человека … -Ку!- Сказал он вдруг во второй раз в жизни свое Первое Слово. -Дзинь!!!- Неожиданно зазвенел мобильник. -Да? Да, это я! Что? Не по телефону? Ну тогда как всегда, сегодня место встречи - минус три, а время - плюс пять и пятнадцать… Да, понял!- Последнее время Барыгу терзала навязчивая мания преследования... Ему порой казалось, что за ним наблюдают даже откуда-то с геостационарной орбиты, со специально запущенного для слежки за ним спутника-шпиона... В условленном месте Барыгу встретил Черный Человек в длиннополом кожаном пальто. В руках Черный Человек держал футуристического вида ноутбук. Гость элегантно и ловко забрался в бронированный «Лексус» и растянул свои змеиные губы в лукавой усмешке. -Ну здравствуй, здравствуй, крестничек!- -Здоровее видали!- -Ты «глушилку» то свою можешь выключить, - Черный Человек снова ехидно улыбнулся, -Моя-то, она помощнее будет... Даже «астральные» маяки глушит, Боженька на небе тебя не услышит!- Барыга зябко передернул плечами от ледяной волны, пронесшейся по салону машины после слов гостя… Однако все-таки выключил свою, встроенную в приборную панель «Лексуса» последнюю модель генератора «Белого шума». Новинку, купленную Барыгой всего месяц назад, «по случаю», у знакомого ответственного чиновника из «Росвооружения». Эта экспериментальная разработка по методу «случайных чисел» генерировала радиопомехи на всех частотах, встречными вибрациями гасила колебания автомобильных стекол и умела также еще очень и очень многое... Но у Черного Человека и техника и возможности были вообще нечеловеческие… -Ну что? Продолжим? «Прилип» ты, да... Говорил тебе, не «греби» по этому валютному траншу всё в свой карман…- -И...И что теперь мне делать?- -Уже ничего... «Папа» в курсе... Дело твое - «на контроле». Теперь действительно «уже ничего»… Уходи! Уходи туда, где тепло и откуда не выдают Интерполу... Денег у тебя в Германии да в Цюрихе на три поколения хватит... Да перестань ты так кукситься! А я тебя сам найду. Позже... Везде, понял, везде найду - мне это не трудно... - Черный Человек выпрыгнул из машины уже на ходу, и невидимкой растворился в ночи... Барыга гнал «Лексус» по ленте мокрого асфальта курсом «в никуда»... На эту важную встречу он поехал один, без водителя и охраны. Потому что не доверял уже никому... Совсем никому, даже самому себе уже иногда не доверял. В «кильватере» замигали сполохи приближающегося ксенона. - Фары... Свет…Яркий... Следят! Уже следят! «На хвост» сели! - Подумал вдруг Барыга. Выскочив за крутой поворот шоссе, его машина, на какое-то время скрытая от воображаемой погони изгибом дороги, притерлась к обочине. Из открывшейся водительской дверцы вывалилась в кювет испуганная человеческая фигура. Пачкаясь в грязи, до крови обдирая локти и колени, Барыга сломя голову бросился бежать. Бежать сквозь ночной лес... Он бежал, теряя по пути дорогое кашемировое пальто, бумажник с документами, пиджак и галстук, который зацепился за острый осиновый сучок и чуть было не задушил хозяина... Ободранная до лохмотьев серая непонятная масса в ужасе выпрыгнула на асфальт объездной дороги прямо под колеса огромного финского автопоезда, везущего в Россию гуманитарную помощь... Добрый финский мужичок Койво, белобрысый и небоглазый, для которого длинная дорога из Суоми в Россию была короткой дорогой к Богу, собственноручно отцепил фуру и на одном тягаче, на максимальной скорости отвез мешкообразное тело в ближайшую сельскую больницу. После чего, как честный европейский человек, сразу же сдался властям, которые ничего не поняли, кроме того, что «бомж-самоубийца» остался жив. Поэтому Койво отпустили почти сразу же, не взяв с него даже подписку о невыезде... Приходившие молиться в полуразрушенную сельскую церковь старушки, виновато крестясь, бросали в маленький алюминиевый половничек свои скудные одно, двух и реже - пятирублевые монетки... Этот половничек был примотан серым скотчем к расплющенному обрубку правой руки вечно улыбающегося нового сельского попрошайки, выписанного недавно из местной больницы с диагнозом «полная посттравматическая амнезия». Монетки начинали одиноко бренчать в половничке, и тогда убогий начинал радостно «гугукать»… А иногда, ни с того ни с сего, убогий поднимал к небу свои розовые культи, стряхивал ими с облысевшей головы невидимое птичье дерьмо и горько плакал... Хотя и не понимал, почему это он вдруг снова плачет. *** А Кукушана забрала в свою тесную «хрущевку» сердобольная бывшая домработница Барыги, так как новому хозяину спецособняка не нужен был ни он в качестве интерьера, ни пожилая женщина в качестве прислуги. У уволенной домработницы была дочка: «Девица-краса, длинная коса». Нет, коса у дочки на самом деле была короткая. Короче косы у нее была только юбка, а короче юбки - дорога в постель Девицы. «Девица-краса » ненавидела свою мать, потому что та была простой домработницей. А Девице хотелось блистать на подиумах, жить на Рублевке и ничего не делать. Ну разве что «наставлять» будущему Богатому Мужу «золотые» ветвистые рога... Но вместо этого Девице-красе приходилось учиться в средней престижности институте (на заработанные мозолистыми мамиными руками деньги) и мечтать, мечтать, мечтать… Кукушана она старалась вообще не замечать и «из принципа» не кормила. Девица-краса вообще никого никогда не собиралась кормить: она считала себя Избранной и любила, когда все любят только ее. И все мальчики в институте - действительно любили только ее. А Девица, инициировав у нового мальчика любовь к ней, сразу переставала его любить! «Зачем любить того, кто уже любит тебя?» - Думала Девица, хотя и думать она особо не любила,- «Ведь это уже неинтересно, не заводит, азарта нет»... Вот только один мальчик с параллельного курса не любил «девицу-красу», потому что он еще со школы любил неприметную «серую мышку», а неприметная «серая мышка» - любила его. И поэтому эти двое были абсолютно счастливы, и им не было никакого дела до того, что творится на любовном фронте института. Они, словно два лебедя, летали в своем астрально-виртуальном небе, и иногда - целовались в «общественных местах»... Девицу-красу это безобразие просто сводило с ума. -Как так? - Думала она, - Я же в сто раз лучше этой уродины!- Но все провокационные попытки разрушить чужую любовь заканчивались для нее с нулевым успехом. Однажды Девица-краса сидела у себя дома, возле зеркала, вернувшись под утро с очередной студенческой вечеринки. Сидела и злобно плакала от зависти, ненависти и бессилия... А притихший Кукушан печально смотрел на ее страдания из своей ржавой клетки. И тут Девица вдруг обратила свой заплаканный и замызганный, потекший дешевой тушью взор на внимательно наблюдающую за ней невзрачную серенькую птицу. -А, Серые! Серые! Серые! Серые! На меня, первую красавицу института, этот неудачник и не смотрит! А на нее, серую мышку, смотрит! С утра до вечера смотрит! Чтоб у него конец завял и детей никогда не было! И у тебя заодно, мерзкий комок серых перьев!- Забилась в истерике Девица-краса. -Ку! - Сказал вдруг Кукушан в третий раз Свое Первое Слово... -Эта гадость еще и говорящая! - Подумала Девица и пошла наконец спать. Она часто приходила домой под утро и засыпала, когда все нормальные люди уже просыпаются. -Мама, мама! А почему ты опять плачешь? А? И почему сок снова мне не тот принесла? Я же просила манго!- Ныла Девица-краса, ворочаясь на неудобной больничной койке, а старенькой маме-домработнице, от свалившегося на ее хрупкие плечи горя, уже все равно было, какой сок покупать…Потому что ее только что вызвали к заведующему отделением, на котором лежала ее «любимая доча», и старенький доктор в дешевых «роговых» очках и застиранном белом халате сказал ей: «Держитесь, женщина! Надо смириться с этим… У вашей дочери рак шейки матки. Последняя стадия...» Мама Девицы-красы очень любила своего единственного ребенка. Она умерла в церкви от инфаркта. Умерла, стоя на коленях перед иконой Божьей Матери. Умерла сама, но успела вымолить у Богоматери прощение для больной дочки… А Девица, именно после этого, выздоровела. Но уже никогда не могла иметь детей... Вернувшись после многомесячного отсутствия домой из больницы, иссохшая телом и осунувшаяся когда-то красивым лицом, Девица печальными глазами посмотрела на забытого всеми Кукушана... Посмотрела - и молча открыла дверцу клетки. А потом распахнула створки окна... И долго постившийся, отощавший, но наоборот, только увеличивший от этого свою Силу Кукушан - улетел на волю... *** В маленькой убогой комнате большой, но от этого еще более убогой коммуналки - сидел за самодельным деревянным столом Человек. Человек улыбался, что-то напевая «про себя», и лепил из глины фигурки веселых животных: слоников, динозавриков, собачек, кошечек. Почему-то у него очень хорошо это получалось - творить из глины забавных зверюшек. Иногда, когда Человеку становилось совсем грустно и одиноко, он брал еще не высохшие фигурки животных, и лепил из них Женщину... Не то, чтобы очень красивую, не то чтобы очень голую... Но у Женщины почему-то всегда получались огромные добрые глаза. И когда Человек «тонул» в них, он улыбался... А иногда Человек плакал...Тогда он доставал из древнего, как мир, холодильника початую бутылку русской водки, и садился в одиночестве за свой самодельный стол...Наверное, Человек имел право иногда плакать: несколько лет назад он вернулся из Чечни. Вернулся с двумя орденами Мужества, и с одной ногой... А всех своих друзей Человек потерял в своем последнем бою. В бою, в котором горстка спецназовцев долго-долго сдерживала многократно превосходящий их силой отряд боевиков, идущих на прорыв блок-поста... Уже в самом конце отбитой атаки Человек был контужен гранатой от «Мухи», которая ударила в нависающую над ним каменную глыбу укрытия. Он потерял сознание, и поэтому выжил. Вместе с сознанием пропала и память, и из-за этого Человек не выплакал все слезы по погибшим друзьям сразу... Потом, со временем, память вернулась к нему, а друзья - нет... И иногда, когда Человек не мог противостоять своим воспоминаниям, он открывал старенький холодильник, наливал до краев граненый стакан водки и пошатываясь на одной ноге и одном самодельном костыле, поднимал за своих погибших друзей «третий тост». И молча пил… Именно в один из таких моментов Человек однажды увидел Кукушана, сидящего на подоконнике раскрытого окна. У Человека всегда было раскрыто единственное в комнате окно... Даже зимой... Но в помещении почему-то всегда было тепло... И всегда горел свет... Человек изумленно посмотрел на маленького серого Кукушана, улыбнулся сквозь слезы и перестал плакать. А потом отставил в сторону стакан, ловко потянулся к дивану и взял в руки старенькую, потертую годами и километрами дорог гитару. После этого снова улыбнулся и запел. Человек никогда раньше не знал аккордов и слов этой песни, но мелодия сама вела его крепкие пальцы и сокращала голосовые связки: «Полмгновенья, ползимы, полсрока - Провишу, распятый на кресте... А потом изменится Дорога, Принесла сорока «на хвосте»! Говорила, что она совсем забыла: Было еще что-то, про Любовь! Жаль, не помнит про кого, но точно было, И смеялась звонко, вновь и вновь… И в ее рассказы я поверю, Стал такой - не верить не могу! И в свой дом заржавленные двери - Распахну и другу и врагу.... Потому что в темень, дождь и стужу – Одинаково им зябко и темно! Потому что и врагу, и другу нужен – Теплый свет в зовущее окно...» *** И стали они жить вместе - Человек и Кукушан. Клетки у Человека не было, а окно он никогда не закрывал. Но Кукушан оборудовал себе гнездышко на оконном карнизе и сидел там сутки напролет, иногда спускаясь вниз, на стол, для того, чтобы посмотреть как Человек - творит...Кукушану очень нравилось наблюдать за этим процессом, потому что из бесформенной глины у Человека получались красивые фигурки с прекрасными добрыми глазами... Но однажды Кукушан вдруг заболел и слег... Он перестал не только летать, но и шевелиться, а его невидящие глаза подернулись какой-то мутной пленкой…Человек сильно испугался за своего нового друга, потому что успел очень привязаться к Кукушану. Хромая на одной ноге и неловко стуча костылями по скрипучим половицам, Человек побежал за помощью к соседям по коммуналке.... В одной из многочисленных комнат коммунальной квартиры жила со своей мамой маленькая-маленькая девочка, у которой был большой-большой котенок... Он убежал в коридор и девочка, сама не зная почему, вышла в этот самый момент навстречу Человеку. И, сама не зная почему, вдруг сказала ему: «Дядя Ваня! А у меня котенок вчера чуть не умер! Объелся всякой дряни и чуть не умер, ведь у него желудок - меньше наперстка! А мама его в больницу возила, в айболитную! Туда, где зверюшек лечат. Котеночку животик вылечили, а добрая тетя «зверюшный доктор» оставила нам свой номер телефона. Сказала, что на всякий случай... Позвоните ей, она вам обязательно поможет!» Девочка, открыв « коммунальную дверь» тете доктору, убежала к себе в комнату смотреть цветные мультфильмы по старенькому черно-белому телевизору... А приехавшая женщина-ветеринар, зайдя в маленькую комнатку Человека, вдруг удивленно и радостно обомлела... На нее отовсюду, со старенького серванта, с подоконника, с многочисленных книжных и цветочных полок смотрела она сама... Везде стояли маленькие, средние и большие фигурки ее самой. С большими и очень добрыми глазами... А посередине комнаты, за самодельным резным столом, сидел симпатичный молодой мужчина, с тревогой смотрящий то на неподвижно лежащего в его руках Кукушана, то на свою материализовавшуюся на пороге Мечту.... Женщина подошла к столу и нежно провела рукой по серым невзрачным перьям. А Мужчину погладила по серо-серебристому ежику рано поседевших волос.... -Я... Я... Я люблю тебя!- Сказал вдруг Мужчина Женщине.... -И я тебя люблю!- Сказала вдруг Женщина ему в ответ... А потом, соприкоснувшись руками и переплетя пальцы, они вдвоем печально посмотрели на мертвого Кукушана... Их ладони вдруг окутались ярким золотистым сиянием, которое струясь и переливаясь всеми цветами радуги, плавно перетекло на серенькую птичью тушку. -И тебя я тоже очень люблю!- Печально сказал Человек своему новому другу, другу, которого он не смог сберечь. Но тут Кукушан взял и открыл свои хитрые глаза, внимательно посмотрел на склонившихся над ним людей и начал куковать... Долго-долго куковать. Почти бесконечно... А потом стал расти, все больше и больше увеличиваясь в размерах и превращаясь во что-то гораздо более древнее и могущественное, чем простая кукушка… Огромное белокрылое существо, в одночасье вдруг ставшее взрослым, отливая в свете солнца радужными Зеркальными Перьями, полетело в утреннее фиолетовое небо искать своих родных Братьев... Кукушан вдруг понял, что его давно уже ждут родные Братья... И что где-то ждет его Половинка, которая никогда не будет подбрасывать своих детей в чужие гнезда... ЭПИЛОГ: Открыли утром люди свои окна, посмотрели на улицу… Ночь была дурацкая, без Любви… Как в бульварной песенке про слесаря: «Пива кружка, жена-дурнушка, перед сном - порнушка». Соседи мерзкие до утра музыку свою глупую слушали, аж весь дом трясся! Внизу, на остановке трамвайной, люди как муравьишки копошатся... Солнышка опять нет, слякотно и серо... -Эх! - В полный голос... -Твою мать, твою мать, ТВОЮ МАТЬ! - Привычно откликнулось эхо. Эхо большого города... А вы никогда не видели под своим окном маленького серого Кукушана? Нет? Жаль... А ОН - ЕСТЬ!!! *** Стихи автора 2006 г. Самый Лучший Лешка™

Детьми остаются, расти не желая, Чтоб жить без особых проблем и забот. Но в игры совсем уж иные играя, Лишь жизнью рискуют. И не поймет Никто до конца и не осознает, Пока не заглянет однажды туда, Где нет ничего, только холод и темень, Где влавствует Хаоса дочь - Пустота. А тот, кто там пробыл хотя бы минуту И видел, где жизнь, а где просто ничто, Ценить будет то, что когда-то родился И Господу скажет: Спасибо! за то, Что шанс ему выпал побыть человеком И мир этот видеть во всей красоте. Поймет, что прожить должен жизнь он достойно, Отдав долг родителям, Богу, судьбе.

Я тебя не отдам, Никому! Никогда! - Ты сказал, ты не знал, Что придут холода, Что листва опадет, Что застынет вода... Ты не знал, что расстанемся Мы навсегда. Я кричала тебе: Ненавижу тебя! Ты шептал тихо мне: Я не вижу тебя... Я кричала: Прости, Лишь останься со мной! Но ты больше ничей - Не ее и не мой. Что горячий твой взор Вдруг погас навсегда, Виновата не я - Виновата игла. Что с тобой вместе Сердце погибло мое, Виновата игла - Ненавижу ее!

Жизнь перевернулась для нее в одно мгновенье Смысл потеряли все мечты Мысли обратились к Богу Как? Когда? За что? И почему? Ветер дул в лицо и слезы лились Ей казалось это страшным сном И слова врача, как молот бились Обжигали тело все огнем Только ты моя подруга не грусти Ведь никто не знает, что ждет впереди Ты нужна нам, той которою была Не разлучит нас, ничто и никогда И ее душа теперь полна желанья Жить, любить и помогать другим И она должна быть рядом с ними Ведь она необходима им Люди, милые, остановитесь Вы спешите, а куда? зачем? Вы живете завистью друг к другу Делаете больно тем, Кто поможет в трудную минуту Кто протянет руку, даст совет Вы пожалуйста, остановитесь Ведь от них исходит Божий свет Оглянитесь и подумайте, зачем все это? Поищите глубже этот смысл Ведь судить нас будут не за поиск А судить нас будут за грехи Январь 2005, написала через несколько дней, после того, как узнала о диагнозе...

Взгяни попристальней на Новый день. На этот день! В нем свет и жизнь! И прошлго и будущего тень Не омрачит его короткого отрезка. Сегодня, лишь сейчас, и это просто. Вся правда бытия, великлепье действа, Величие труда и суть познаний, роста, И завтрашних удач лелеются ростки. Вчерашний день прошел. он приведенье, Сон, У шел и канул в вечность. А завтрашний - лишь смутное виденье, Покрытое туманом грез неясных. Призыв мой: жить текущем днем! Прожив его достойно без стенаний, Вчерашний - будет легким сном, А каждый завтрашний - Исполненной надеждой. И это есть приветствие заре И пониманье сути жизни.

Узнал о том, что я ВИЧовый, И погрузился в полумрак. Я понял, что я обреченный И выход не найду никак. И в лабиринте нашей жизни Я оказался в тупике. Не сбыться радужным мечтаньям- Спасибо дьявольской игле. Не бороздить моря планеты На белоснежном корабле, Не стать отважным капитаном, Я не могу простить себе. А впрочем, что же я бесную И не могу найти покой? Я, как и все, - люблю, горюю. О, люди! Я, как вы, - живой. И мир прекрасен даже в муках, В которых я теперь живу. Другим пусть будет как наука Об этом на весь мир кричу. Фарид Ибрагимов, 2003г. Это творчество моего парня, он умер 5 лет назад, взял и осознанно повесился, попрощался со всеми, даже со врачами из СПИД-центра, везде ходил с веревкой, никто не верил и я тоже...Я даже посмеялась над ним, иди, мол, вешайся. Но это произошло. Вон оно как бывает-то...Он даже собрал все свои документы и положил на стол вместе с предсмертной запиской. Он выпустил небольшой сборник своих стихов, и назвал -ПРОТИВОСТОЯНИЕ. Я думаю, он безумно будет рад, что его стихи читаете вы, поэтому напишу сохранившиеся в память о нем. Он так мечтал всегда о славе. О признание его поэтом.

я снова поднялся с колен, я выползаю из берлоги, мои опять окрепли ноги и я покинул этот плен, кто скажет мне в который раз я излечился от зараз, Эй совесть что же ты молчишь? Как жаль что ты почти всегда молчала, Послушай Мама я ищу хочу найти свою дорогу, Пусть я блуждаю слишком много, дай в долг любви, я возмещю свои долги тебе с лихвою, когда узнаю и усвою дорогу жизни и пойму, а что мне надо мамому.

Я лежу на диване я смотрю в потолок, Я по новой попался в чей то хитрый силок, Этот кто то опутал мой мозг тонкой сетью, Хлещет душу на отмашь раскаинья плетью, Отпустите грехи мне я молю опощаде, В новой маске мне душно я погряз в маскараде, Маска как из цемента плеть царапает плечи, Лишь на долю момента раскаинье лечит, Только тише и тише .... Вот опять замолчала, Я развешу афиши в них дивиз все с начала...........

РАЗ..................... Многоликая пляска карнавал будет скоро, Мама где моя маска хулигана и вора, Я пройдусь в ней красавцем, теплым утром весенним, Для кого то мерзавцем, для кого то спасеньем, Встречу старого друга, угощу его пивом, Он раскажет как туго, я прикинусь учтивым, Посочувствую в общем, кину пару советов, Попрошу его очень передать всем приветов, И пойду модным принцем что мне все кредиторы, Я проткну их мизинцем, порву их на шторы, Я боюсь только Бога, но и тут есть отмазка, Он потерпит немного и сорвет с меня маску...............

я уют нашла на широком плече твоем.. если б знал ты как по тебе соскучилась... если видит бог сокровенное все мое то.вот этот миг,это самое лучшее... пролетят часы и мы снова расстанемся.. и начнутся вновь ожидания длинные... но смотреть в окно буду сквозь расстояния. где глаза твои.нежные,любимые... а любовь к тебе такая нежная. а любовь к тебе такая светлая... а с тобой вдвоем я такая грешная... и из глаз слеза.как прохлада летняя.. а любовь она как в ладони капелька... а в ней тыщи звезд и моря бескрайние... я люблю тебя.я вернусь к тебе обязательно... а пока еще вот только сутки свидания.только сутки свидания...

От одиночества избавится пытаясь, мы ищем тех- кто также одинок, устал и сдался в помощи нуждаясь, кто получил от жизни свой пинок. Уже ни дети, годы за плечами, своих детей пытаемся ростить, но всёже с детскими мечтами, мы ищем тех кто мог бы рядом быть. Кто и находит? Не скажу, не знаю, чужого счастья не дано познать. Но я надеюсь, нет я уповаю: Мечта моя- всё ж сможет былью стать.

Мы познакомились давно. Потом дружили долго. Сначала было все равно, Затем тревожно. Ты полюбил меня тогда, Цветы дарил в порыве страсти. Готов был ты на все! А я? А я хотела счастья. Не оценила я тебя, Сказала - Нет! Все хватит! Невидимая потекла слеза Из карих глаз прекрасных. Сейчас я поняла тебя, Каким ты стал несчастным. Цени, что есть И будет жизнь прекрасной! (декабрь 2008г.) Посвящается моему лучшему другу...

Ты снова снишься мне. Тебя я вижу. Сижу с тобой я на луне. Тебя я не обижу. Ты так прекрасен, Глаз не оторвать. Ты весь сияешь. Умеешь ты летать. И эти карие глаза, Они чудесны. Течет по моему лицу слеза, Она бесцветна. И вот проснулась я, Тебя со мною нету. Приди ко мне моя судьба, В тебя я верю. (декабрь, 2008г.)

Она его любила. Он тоже говорил. Она его ждала ночами, А он не приходил. Она его терпела. Любовь уж сильной у нее была. Он видимо не понял, Тогда и предал он ее. Он изменил ей. Она поверить не могла. За что? - она спросила. Он повернулся к ней спиной. Он ушел И больше к ней не возвращался. Текла слеза. Тогда ей было лишь семнадцать. Она сидела на полу И слезы, накатившиеся вытирала. Ей было горько на душе. На сердце холод. Лежала бритва рядом на окне. Бессмысленна вся жизнь ей показалась. Вдруг провела она по раненой руке И кровь сливалась. Он думал долго и решил, Что любит и вернулся. Он рядом сел, Заплакал, отвернувшись. (декабрь 2008г.)

Бытие. Жил-был гений, а может и не очень. Звали его Повелитель букв. Вся его жизнь состояла из непрерывного процесса - он складывал буквы. Буквы были послушны ему как рабы. Из них лепились слова, из слов складывались кирпичики предложений и абзацев, абзацы сливались в части, главы, тома ... Это был тяжелый труд. Нужно было описать все ,что он знал, что видел, о чём догадывался, во что верил. Вера была неутолимой силой и помощницей всей его жизни… Тонкой струйкой текла строчка всё дальше и дальше, выплетала петли в гиперболах и параболах, терялась и вновь возникала в метафорах, двоилась в афоризмах и парадоксах. Плавно вырисовывались тонкие образы и, не жалея красок, с плеча, вырубались мерзкие образины, описывались нюансы и возводились монументы аксиом. Стили чередовались и объединялись, создавались новые формы, возникали языки и наречия, диалекты и жаргоны. Были описаны в мельчайших подробностях все существа, явления, предметы, образы и чувства, наполнявшие Вселенную. Наступил день, когда писать стало не о чем, но была привычка лепить буквы и Повелитель букв стал, насколько хватало фантазии, придумывать несуществующие предметы, чувства, образы и образины. Когда фантазия иссякла - всему есть предел — то буквы начали лепиться как попало, хаотично. Смысл отсутствовал, но даже без смысла слова выглядели двусмысленно. На какое-то время этого хватило. Настал час, когда в голове стало пусто, душа выхолощена, а воля кастрирована. Варианты сложения букв были использованы все до одного. Плохо? Больно? Скучно? Нет - просто пусто. То есть - никак. Сел Повелитель букв и заплакал. Да так горько, что слёзы образовали под его стулом лужицу и, срываясь со щёк, падали в эту лужицу со звуком похожим на звон весенней капели. Этого звука Повелитель букв не ожидал услышать и замер, потрясённый. Само по себе, происходящее , даже в самых буйных фантазиях, даже путём хаотичного, бессистемного набора совпадений .не приходило в голову Повелителю букв потому, что до этого момента Повелитель букв не думал о самом себе и о своей роли во Вселенной. Он считал себя неотъемлемой частью, пружиной, шестерёнкой, винтиком в механизме Мироздания, считал, что в основе всех основ лежит непрерывный процесс - его любимое занятие. Но складывание букв, как оказалось, не самое важное дело во Вселенной, и это открытие одновременно и сильно огорчило Повелителя букв, и столь же сильно обрадовало, так как говорило о том, что есть возможность исправить ошибку и описать Вселенную более точно, с учётом только что совершенного открытия. Так родилась Надежда - самая постоянная из сестёр. С тех пор она всегда приходит к нуждающимся в ней и остаётся с ними до конца. Светало. Тонкие лучи заползли в окно и осветили заваленную под потолок рукописями комнату. Толстый слой пыли, лежавший на бумагах, отталкивал солнечные лучи, но им было всё равно. Повелитель букв встал и распахнул окно. Впервые за всю его бесконечную жизнь пришла минута покоя. В чистом и прохладном воздухе слышалось пение птиц и комариный писк. Начинался новый день. Из-за горизонта показалось пятнышко света, оно росло, увеличивалось и вот уже во всю светит Солнце. Лёгкий ветерок ворвался в комнату и смёл пыль с корешков и окладов, взъерошил и поднял вверх кипы исписанных листов. Солнце осветило эту гору букв, но ничего не сказало. Оно не умело говорить. Повелитель букв оглядел свои труды и понял, что с самого начала что-то сделал не так, в чём-то он просчитался. Он долго вглядывался в штабели рукописей, выискивая ту, самую первую строчку. Тогда он только учился лепить буквы, тогда он играл с ними. После долгих поисков, в пыли, среди хлама, он нашел несколько пожелтевших страниц, развернул их и прочел: « Точка, точка, запятая – вышла рожица кривая»… Взяв чистый лист, он начал всё заново: «В начале было Слово, Слово было у Бога и Слово было Бог…» Так родилась Любовь - вечное начало всему новому, чистому, доброму, вечному…

День отшумит и затихнет... Вечер придет на порог, лампа задумчиво вспыхнет и прилетит мотылек. Ласковым светом прильщенный будет он долго кружить и упадет утомленный, слабым огнем обожженный, жаждевший ПЛАМЕННО ЖИТЬ... Будут напрасны усилья снова поднятся тогда... Бедные, нежные крылья, вы сполены навсегда!